Инвестиция в чистый пол
Максим приносит домой робот-пылесос и обещает конец спорам об уборке. Вера сомневается в покупке, а кот Маркиз совсем не готов уступать свою территорию новому круглому жильцу по имени Борис.
Большая картонная коробка появилась в прихожей во вторник вечером. Максим внес ее так бережно, словно внутри находилась хрустальная ваза династии Мин или, как минимум, запасной двигатель для его автомобиля. Вера, вытиравшая руки кухонным полотенцем, окинула взглядом габариты покупки и мысленно попрощалась с отложенными на новые шторы деньгами.
— Только не говори, что это очередная игровая приставка, — ровным голосом произнесла она, глядя на сияющее лицо мужа.
Максим сбросил кроссовки, даже не развязывая шнурки, и гордо похлопал по глянцевому картону.
— Бери выше! Это, Верочка, наш билет в светлое будущее. Освобождение от бытового рабства. Конец субботним спорам о том, чья очередь махать шваброй.
Вера подошла ближе. На коробке красовался плоский черный диск с футуристической синей подсветкой и надписью, обещавшей лазерную навигацию, влажную уборку и невероятную мощность всасывания.
Она тяжело вздохнула. В их семье за бытовой реализм традиционно отвечала она. Максим же был неисправимым техно-оптимистом. В прошлом году он купил «умный» чайник, который должен был кипятить воду по команде со смартфона, но в итоге терял сеть вай-фая каждый раз, когда кто-то включал микроволновку. До этого была автоматическая кормушка для кота, с которой кот расправился ровно за сорок минут, просто перевернув ее и высыпав недельный запас корма на ламинат.
— Максим, у нас нормальная квартира, а не испытательный полигон, — Вера скрестила руки на груди. — Везде порожки, стулья, провода. Этот твой плоский друг застрянет под первым же диваном. К тому же, за эти деньги можно было год вызывать клининг.
— Клининг — это чужие люди в доме, а это — искусственный интеллект! — не сдавался Максим, уже орудуя канцелярским ножом. — Ты просто не понимаешь масштаба трагедии. Мы тратим на уборку шерсти часы нашей драгоценной жизни. А он будет делать это каждый день. Незаметно. Бесшумно.
При слове «шерсть» из гостиной бесшумной тенью выплыл Маркиз.
Маркиз был котом неопределенной, но явно аристократической породы, с пушистым хвостом, суровым взглядом желтых глаз и глубоким внутренним убеждением, что квартира принадлежит ему, а двуногие существуют исключительно для открывания банок с паштетом. Шерсть Маркиза была везде: на диване, на черных брюках Веры, в утренней яичнице Максима. Старый гудящий пылесос кот презирал и при его появлении просто уходил на балкон, всем своим видом демонстрируя оскорбленное достоинство.
Он сел в метре от распакованной коробки, обвив лапы хвостом, и подозрительно уставился на извлекаемый Максимом черный блин.
— Вот, смотри, какая красота, — бормотал Максим, сдирая защитные пленки. — Датчики перепада высоты. Лидар. База самоочистки. Сейчас мы его назовем, и он пойдет строить карту квартиры.
Вера прислонилась к дверному косяку, наблюдая, как муж ползает на коленях, выбирая идеальное место для парковочной станции.
— В смысле — назовем? — не поняла она. — Это кусок пластика с мотором. Называй его «пылесос».
— Приложение требует ввести имя устройства, — Максим сосредоточенно тыкал пальцем в экран смартфона. — Иначе оно отказывается подключаться. Нужно что-то солидное. Он же будет работать, пока мы отдыхаем. Имя должно внушать уважение. Как тебе Терминатор?
— Слишком драматично, — фыркнула Вера. — Тем более, если он застрянет в моих зимних сапогах, Терминатор из него выйдет так себе.
— Тогда... — Максим на секунду задумался, а затем его лицо просветлело. — Борис!
— Почему Борис?
— А посмотри на него. Он черный, круглый, основательный. Настоящий работяга Борис. Никаких лишних слов, только дело.
Вера только покачала головой, признавая поражение перед этой железной мужской логикой.
— Хорошо. Пусть будет Борис. Но если твой Борис поцарапает плинтуса или намотает на щетки мою зарядку от телефона, я выброшу его с балкона, и никакой лидар ему не поможет.
Максим торжественно нажал кнопку на смартфоне.
Черный диск на базе пискнул. Затем внутри него что-то тихо загудело, засветилась синяя полоска, и механический женский голос бодро произнес: «Начинаю построение карты помещения».
Борис плавно отъехал от станции, повернулся вокруг своей оси, словно осматриваясь, и уверенно покатился в сторону коридора.
Маркиз, всё это время напряженно наблюдавший за процессом, резко вскочил. Его глаза расширились, а шерсть на загривке встала дыбом. В его доме, на его территории, какая-то безглазая круглая тарелка осмелилась передвигаться без его, Маркиза, личного разрешения.
Кот издал низкое, утробное рычание и припал к полу, готовясь к атаке.
Борис тем временем доехал до ножки тумбочки, аккуратно обмахнул ее боковой щеточкой, напоминающей усы, и, тихо шурша колесами, двинулся прямо на застывшего в боевой стойке кота.
Вера перевела взгляд с напряженного Маркиза на восторженного Максима и поняла, что спокойные вечера в этой квартире закончились.
Маркиз не привык отступать перед неизвестностью, особенно если эта неизвестность нагло жужжала и мела ламинат вращающимися усами. Когда черный диск приблизился на расстояние броска, кот молниеносно выкинул вперед правую лапу.
Удар пришелся точно в глянцевый бампер. Борис издал глухой пластиковый звук, на секунду замер, словно обдумывая полученный урон, а затем невозмутимо сдал назад и поехал чуть правее, продолжая методично засасывать невидимые пылинки.
Маркиз опешил. В его кошачьей картине мира любая жертва после такого удара должна была либо спасаться бегством, либо вступать в бой. Но эта жужжащая черепаха просто проигнорировала его существование. Оскорбленный до глубины души, кот взвился в воздух, перемахнул через Бориса и скрылся под диваном, откуда начали доноситься приглушенные, полные угрозы завывания.
— Кажется, у нас дома теперь два хозяина, — хмыкнул Максим, глядя, как робот уверенно скрывается за дверью спальни.
— Главное, чтобы твой новый хозяин не подавился моим зарядным устройством, — парировала Вера и ушла на кухню.
Следующие несколько дней превратились в позиционную войну. Маркиз быстро понял, что когтить пластик бесполезно, и перешел к тактике диверсий. Он устраивал засады за креслом в гостиной, выпрыгивая на Бориса в самый неожиданный момент. Он демонстративно ложился поперек коридора, заставляя робота жалобно пищать: «Ошибка навигации, пожалуйста, очистите путь». Однажды вечером Максим обнаружил, что кот методично сбрасывает мелкие детали конструктора с комода прямо по курсу движения пылесоса, явно рассчитывая вывести вражескую технику из строя.
Вера в эти конфликты не вмешивалась, сохраняя подчеркнутый нейтралитет. Каждое утро ровно в десять часов Борис съезжал с базы и отправлялся в патруль. Вера, работавшая из дома, поначалу вздрагивала от внезапного механического гудения за спиной, но постепенно привыкла к этому звуку.
В среду Борис совершил свое первое преступление: он зажевал брошенный Максимом возле кровати носок и застрял, беспомощно мигая красным индикатором.
Вера сфотографировала «поверженного врага», отправила мужу в мессенджер с подписью: «Твой Борис подавился. Я предупреждала».
Однако вызволять робота из носочного плена ей пришлось самой. Перевернув тяжелый диск, она с удивлением обнаружила в пластиковом контейнере внушительный ком кошачьей шерсти и пыли. И это при том, что она мыла полы всего три дня назад. Вера задумчиво посмотрела на чистый ламинат в спальне, потом на Бориса, вытащила носок и нажала светящуюся кнопку. Робот благодарно пискнул и покатился убирать под кроватью — туда, куда Вера добиралась со шваброй разве что по большим праздникам.
В пятницу произошел переломный момент. Вера сидела за ноутбуком, когда из прихожей донесся странный грохот и возмущенное мяуканье. Выйдя на звук, она застала эпичную картину: Маркиз, видимо, решивший перейти к контактному бою, сидел прямо верхом на работающем пылесосе. Борис, сбитый с толку лишним весом и закрытым лидаром, хаотично кружился на месте, пытаясь стряхнуть пушистого наездника и механически причитая: «Загрязнение датчика высоты, протрите датчик».
Кот вцепился когтями в края корпуса и смотрел на Веру победоносным взглядом покорителя диких мустангов.
— Слезай с него, ковбой, — Вера впервые поймала себя на том, что ей немного жаль эту старательную черную таблетку. Она подхватила Маркиза под живот и опустила на пол.
Борис облегченно выдохнул воздухом из фильтра, покрутился, наводясь на базу, и медленно пополз на зарядку, обиженно мигая желтой кнопкой.
— Ну всё, всё, иди заряжайся, — неожиданно для самой себя произнесла Вера вслед пылесосу. — Наработался на сегодня.
Она вернулась к ноутбуку, но через десять минут поймала себя на мысли, что в квартире стало как-то подозрительно тихо и чисто. А еще — что она только что всерьез утешала бытовую технику.
К выходным расстановка сил в квартире окончательно изменилась.
Традиционно субботнее утро Веры начиналось с тяжелого вздоха, ведра воды и гудения старого, неповоротливого пылесоса, который приходилось таскать за собой за шланг, рискуя отбить углы у мебели. Но в эту субботу Вера сидела на кухне с чашкой свежесваренного кофе, закинув ногу на ногу, и созерцала чудо технического прогресса.
Борис старательно, миллиметр за миллиметром, выметал невидимую пыль из-под кухонного гарнитура. Он двигался плавно, сосредоточенно, словно понимая всю важность возложенной на него миссии.
Вера отпила кофе и прищурилась, заметив возле ножки стула притаившийся кусочек сухого кошачьего корма, который Маркиз из вредности выкинул из миски. Борис как раз собирался развернуться и уехать в коридор.
— Эй, — Вера постучала ногтем по столу. — Борис, тут пропустил. Куда поехал? А кто убирать будет?
Она сама не поняла, зачем сказала это вслух, но робот вдруг пискнул, немного сдал назад, повернулся и поехал прямо к стулу. Щеточка-ус проворно подхватила кусочек корма, и тот с тихим шуршанием исчез во чреве пылесоса.
— Вот, молодец. Совсем другое дело, — удовлетворенно кивнула Вера.
— Я так понимаю, старый пылесос можно выносить на помойку? — раздался от дверей насмешливый голос Максима. Он стоял, прислонившись к косяку, и с улыбкой наблюдал за женой. — А кто-то грозился сбросить его с балкона.
Вера ничуть не смутилась. — Старый пылесос пока уберем в кладовку, мало ли что. Но твой Борис, признаю, парень не промах. По крайней мере, он единственный мужчина в этом доме, который собирает свои, то есть твои, носки без напоминаний.
Максим рассмеялся, наливая себе кофе. — А как же Маркиз? Смирился с поражением?
Они оба подняли головы. Маркиз, поняв, что на полу ему теперь не рады, сменил тактику. Он сидел на самом верху кухонного шкафа, свесив пушистый хвост, и с холодным презрением наблюдал за суетой внизу. Нападения прекратились, началась фаза вооруженного нейтралитета. Кот больше не бросался на Бориса, но если робот проезжал мимо мисок с водой, Маркиз демонстративно отворачивался, словно не замечая эту низшую форму жизни.
— Маркиз у нас теперь птица высокого полета, — усмехнулась Вера. — Борис его дисциплинировал. Вчера кот даже не стал раскидывать наполнитель в лотке. Видимо, понял, что конкурент сожрет всё и не подавится.
В этот момент Борис закончил уборку кухни, бодро отрапортовал: «Уборка завершена, возвращаюсь на базу» и покатился в сторону спальни. Вера проводила его долгим, почти нежным взглядом. — Знаешь, — задумчиво сказала она, — ему бы еще наклейку какую-нибудь на бампер. А то он слишком строгий. Глазки, что ли, приклеить?
Максим поперхнулся кофе. — Глазки? Вера, это робот! Бездушный кусок пластика с микросхемой!
— И что? Этому бездушному куску пластика тоже нужно человеческое отношение, — отрезала Вера. — Поедем сегодня в магазин, купим ему смешные глаза. Он заслужил.
Максим только покачал головой, улыбаясь. Инвестиция явно окупилась, причем самым неожиданным образом.
Вечером того же дня Борис обзавелся лицом. Вера с торжественным видом наклеила два огромных пластиковых глаза с бегающими внутри черными зрачками прямо над его глянцевым бампером.
Когда пылесос, пискнув, тронулся с места, чтобы проверить чистоту в прихожей, зрачки начали комично трястись в такт его движениям. Борис приобрел вид слегка удивленного, но очень старательного жука. Максим, сидевший на диване, хохотал так, что расплескал чай, а Вера с гордостью снимала этот заезд на телефон, приговаривая: «Давай, Боренька, покажи класс!».
Настоящее перемирие между биологическим и электронным обитателями квартиры случилось в среду вечером.
Маркиз с упоением гонял по коридору свою главную драгоценность — синюю мышку из фольги, украденную когда-то из коробки с новогодними игрушками. В пылу охоты кот сделал неудачный кульбит, и мышка, звякнув, закатилась глубоко под тяжелый дубовый комод.
Маркиз распластался по полу, засунул под комод пушистую лапу по самое плечо и попытался достать добычу. Безуспешно. Он сменил лапу, изогнулся, жалобно пискнул — мышка была вне зоны досягаемости. Кот сел и издал такой протяжный, полный вселенского горя вопль, что Вера даже выглянула из спальни. Но швабра тоже не помогла — игрушка застряла где-то у задней стенки.
И тут с базы, согласно вечернему расписанию, съехал Борис. Потряхивая своими пластиковыми глазами, он уверенно покатился по коридору. Маркиз, забыв про гордость, проводил его напряженным взглядом. Борис методично обмел плинтус, уперся бампером в комод, подумал пару секунд и нырнул в узкую щель под тяжелой мебелью.
Оттуда послышалось шуршание щеток, глухой стук, и внезапно синяя фольгированная мышка пулей вылетела из-под комода, подброшенная вращающимся усом робота. Следом, деловито жужжа, выехал сам Борис.
Маркиз замер. Он посмотрел на мышку, потом на пылесос. В кошачьей голове явно ломались шаблоны. Робот не просто убрал территорию — он вернул сокровище. Кот подошел к Борису, осторожно вытянул шею и… коротко, почти дружелюбно понюхал его работающий лидар. Робот в ответ лишь моргнул синим индикатором и поехал дальше в сторону кухни.
С этого дня вражда закончилась навсегда.
Спустя месяц Максим, вернувшись с работы, застал в гостиной идиллическую картину. Вера уютно устроилась в кресле с книгой. На полу, тихо урча, заряжался Борис. А прямо на его теплой черной крышке, свесив пушистый хвост и закрыв глаза, безмятежно спал Маркиз. Пластиковые глаза Бориса из-под кошачьего живота смотрели куда-то в сторону плинтуса.
— Ты только посмотри на них, — шепотом сказал Максим, снимая куртку и улыбаясь. — Симбиоз технологий и природы.
Вера отложила книгу и тепло посмотрела на спящего кота и подмигивающего синим огоньком робота.
— Знаешь, — тихо ответила она. — Я ведь сначала думала, что это просто глупая игрушка. А теперь даже представить не могу, как мы без него жили.
Она была права. В этой небольшой квартире не осталось места для раздражения из-за бытовых мелочей. Зато появилось много поводов для улыбок: когда Борис путался в шнурках, когда Маркиз использовал его как личный транспорт, доезжая от миски до дивана, и когда они с Максимом спорили, кто сегодня будет вытряхивать контейнер из «младшенького».
Вера поняла одну простую, но очень важную вещь. Дом — это не идеально чистые полы и не дорогая мебель. Дом — это место, где звучит смех. И в таком доме, пропитанном теплом и юмором, абсолютно всё рано или поздно становится частью семьи. Даже круглый, пластиковый, старательный робот по имени Борис.
Читайте также:
Этот рассказ — художественное произведение. Даже если в его основе лежит жизненная ситуация, персонажи, имена, диалоги и детали творчески переработаны и не описывают конкретных людей. Все изображения сгенерированы с помощью ИИ.
© «Чужая правда». Перепубликация текста без разрешения запрещена.